Кодеин напиток Lean (лин) Куйбышев

Бро, слушай, я тут на автопилоте улетаю в прошлое, вспоминаю свои крутые времена, когда я рубил танцполы клубов в нашем городе. Они называли меня наркоманом-рэпером, потому что я был полностью поглощен этой жизнью, наркотиками и музыкой. Ощущение, когда ты закладываешь и взрываешь себя на танцполе, нереально мощное.

Стартовый заряд моего вечера всегда был особенным – закладки. Это был наш old school фиш, бро. Мы с друзьями всегда доверяли только проверенным дилерам, чтобы не попасть на какую-нибудь подделку. Эти закладки давали нам силы для всей ночи, отключая все мысли о реальности. Они превращали нашу жизнь в настоящую атмосферу праздника, когда всё вокруг тебя становится ярким и нереальным.

Я помню, как разрабатывал свои тексты, кокаин под носом. Кокос делал меня свободным, словно я парил в облаках. Это было как путешествие в иную реальность, где я был царем, а микрофон – моим мечом. В те времена я даже не пытался понять, что да как, всё шло на инстинктах, на чистом запале.

Мамонты вокруг меня смотрели по бокам и не понимали, как такой «наркоман» может захватить клуб своей энергией и словами. Им было не понять, что я просто жил искусством и музыкой, а наркотики были моими вдохновителями. Их мнения никогда меня не волновали, я продолжал свое путешествие, заряжаясь новыми идеями и звуками.

Моя драпа давала мне глубину, объединяла меня с толпой наших фанатов. Мы были как одно огромное тело, двигающееся в такт музыке. Каждый трек, каждый словесный баттл – это была новая порция эйфории. В каждой песне были мысли о любви, потерях, борьбе, но самое важное – это была свобода самовыражения.

Мой мир был пронизан запахом зелени, когда я драпал с друзьями на дрынчилище. Мы курили драп и обсуждали нашу новую хитовую композицию, которая обязательно задержится в головах слушателей. Только под влиянием наркотиков мы могли полностью почувствовать и раскрыть свое творчество.

Завалиться после клуба и рубить какой-то магический сон было моей ежедневной наградой за полный разряд эмоций на танцполе. А утром снова автопилот – нарядиться и дать новое шоу своим поклонникам на концерте. Раз за разом я заряжался новой энергией и вновь взрывал клубы своими ритмами и стихами.

Наркотики – это моя сила, моя стихия, бро. Они позволяют мне донести свои мысли и эмоции до масс, чтобы они ощутили всю глубину моей музыки. Без них я просто не могу быть таким, каким я есть. Но это наш маленький секрет, только для настоящих ценителей.

Свежий кодик зашел, ребятки, — подумал я, закушивая свои последние деньги. Весь волнение было в воздухе, когда я направился к своему поставщику. Долгие дни ожидания, сигналы и секретные кодовые фразы — это всё дело было в порядке вещей. Знал, что он точно не подведёт. Но эта раздача была особой, и я решил сделать маленький эксперимент.

Я был совершенно уверен, что другану-хмурому понадобится срочно эйфория, чтобы выйти из его дурацких понторезок. Он уже достал, мне показалось, со своим вечным менторским видом и зазубренными фразами, чтобы собрать вокруг него целый клан раболепов. Я сам не понимаю, почему такое желание наказать его превратилось в такое настоящее путешествие в мир наркотиков.

Прихватив несколько закладок и немного дырок, я направился к его притону. Дни и недели мучительного раздумья и расчётов привели меня к этому решению. Ведь зачем его вновь мучить вербальными выпадами, если можно сразу доставить на седьмое небо? Настало время пускать парики!

Войдя в тусклую комнату, я обнаружил его в углу, с некрасивой дыркой на руке, нюхающим что-то сомнительное из пакетика. Он был погружён в свои мысли, расслаблен и счастлив. Вот такой образ жизни он выбрал. Ничего не поделаешь, каждый за свою дырку отвечает.

Я прошёл мимо его маленькой шмолярни, где он обычно шмолит свои закладки, и кивнул в знак приветствия. Он реагировал медленно, словно его мозг уже перестал работать без синтетики. Я подошёл к нему, попытался сделать вид, что я сам такой же «озабоченный», и спросил, не хочет ли он попробовать новый препарат, что у меня есть.

Он наставил на меня свои болезненные глаза и медленно кивнул. «Млин, да это ты тут на такую каморку забежал?» — услышал я его шёпот. Понятно, что он был удивлен моим появлением, но в его глазах было чувство праздника, что я назвал его своим учителем или наставником. Ну да ладно, это был всего лишь план.

Взяв на себя роль инъектора, я нашёл нужное место на его руке и аккуратно сделал ему дырочку. Он даже не пошевелился — такая привычка уже войдена в его повседневность. Хорошо, что его кожа была толстой и ухоженной, и следы мазания были почти незаметны. Так что следы вскоре пропадут, и он не заподозрит ничего.

Когда он сидел с полуоткрытыми глазами, я подошёл к нему и предложил нюхнуть вместе со мной. Фрагменты запаха и вкуса этого препарата — это что-то невероятное, что не описать словами. Он замер, как вкопанный, и его лицо сразу же выражало неподдельное удовольствие. Мы рассмеялись и попробовали всё снова.

Это был какой-то новый опыт, на который я не рассчитывал. Мы начали бодяжить вдвоём, смешивая кодин с различными препаратами. Я неожиданно ощутил, что мир вокруг меня стал меняться. Всё это было настолько диким и неправдоподобным, что я понял — это волшебный мир, в котором мы оба растворились.

Это были наши секретные провокации — закладки у меня, впрыскивание у него. Мы называли это игрой, розыгрышем, особенным подарком для нашего дружбана. Мы наслаждались этим среди душных стен, что были свидетелями нашей необычной встречи.

А: Ну как тебе твой подарок, мой дорогой наркоман?	Б: О, бро, это было нечто, чего я не ожидал. Ты суровый фраер, честное слово!
А: Ну, теперь ты понимаешь, что дпра эти понторезы — всё ерунда, да?	Б: Полностью согласен, братишка! Ничто не даст такого кайфа, как момент искренней релаксации.
А: Важно, что мы смогли открыть новые возможности для настоящего расслабления!	Б: Ах, да! Мы оба смогли погрузиться в этот чудесный мир безоблачного счастья.

Мы продолжали нашу шалость до самого утра, смеялись и шутили на самые нелепые темы. Мы были вместе, недоступными для окружающего мира, и это было невероятное чувство. Но после сладкой встречи наркотиков, пришло время отплатить своему другу его же монетой. Чувствуя себя полным идиотом, я сделал ему дырку на руке, размазав кодик по его коже. Я знал, что это неправильно, но моя злоба на его понторезы перевесила любые этические соображения.

Когда он проснулся и почувствовал боль в месте дырки, его глаза расширились, и он проклял себя во весь голос. Он сразу понял, что я наказал его, и я видел, как его лицо стало гораздо меньше и бледнее. Всё его великое эго дрогнуло перед моим безумием.

«Эй, бро, ты что, совсем чокнутый?! Чего ты за мной так следишь? Это же полный контроль!» — закричал он, трясясь от ярости. Я улыбнулся ему в ответ и сказал, что он заслужил такое возмездие за свои дурацкие понторезы.

Он попытался вылезти из своего дна, в котором оказался, и стал доказывать, что он может даже без всего этого «залупленного шлака». Я лишь пожелал ему удачи, бросив немного дёрганой улыбки.

Таким образом, мы оба насладились своим путешествием в страну наркотиков. Однако, я понял, что это не то, чего я хочу от жизни.